Адда

Королевства Севера
  • Активность

    1 320
  • Зарегистрирован

  • Последний раз был

  • Выиграл дней

    139

Адда последняя победа была Май 13

Адда имеет самый популярный контент!

4 Подписчика

Информация о Адда

  • Звание
    Застрелись из катапульты
  • День рождения Декабрь 11

Информация

  • Пол
    Женщина
  • Город
    Вызима

Посетители профиля

6 629 просмотров профиля
  1. Сумерки опускались на Новиград медленно и крайне неохотно: из дверей и окон домов все еще лился свет, на центральных улицах не прекращалось движение, а священное пламя в часовнях разгоралось еще ярче. Но все-таки темнота и подступающий холод, словно бы сочились изо всех щелей, постепенно заполняя стены посольства. Адде пришлось приложить немало усилий, чтобы убедить Милоша в том, что его смена длится уже несколько суток и дальнейшее пренебрежение отдыхом может привести к неприятным последствиям. Как ни странно, но он с ней согласился. Хоть и не сразу. Хоть и с великой неохотой. Реданские солдаты при ближайшем знакомстве оказались ничуть не лучше их командира: до того скучные и неразговорчивые, что Адда даже затосковала по Тормуду. Тот хоть был грубым, неотесанным и редко трезвым, но зато куда более интересным собеседником, чем все эти гусары вместе взятые. Ближе к ночи холод в помещениях посольства сделался настолько ощутимым, что Адда больше не могла оставаться в своих покоях и спустилась в пустующий каминный зал. В этот час посетителей уже давно не было, только прислуга кое-где сновала по первому этажу и стража время от времени обходила коридоры,зевая и бряцая доспехами. Но вскоре и их шаги утихли. Возле камина стояла пара мягких кресел, а между ними шахматная доска с неоконченной партией. Адда забралась в одно из кресел с ногами и внимательно рассмотрела фигуры. Черный король, уже лишившийся и своей королевы, и большей части войска, вот-вот будет загнан к краю доски. Фигуры замерли в мягком лунном свете, а тени от живого пламени плясали по клеткам словно бешенные. Ночь будет лунной и очень долгой, а значит, терять сознание было нельзя. Адда как раз собиралась подняться, как открылась дверь и в узкой полоске света появилась служанка. - Что-то случилось? - Нет, миледи. Для вас послание, - девушка протянула принцессе небольшой конверт. - От кого? - От Ла-Валеттов, миледи. Адда нахмурилась. Она и сама планировала нанести визит несостоявшейся мачехе, но баронесса, похоже, прознала об этом быстрее и решила действовать первой. - Читать умеешь? - принцесса воззрилась на девушку, но та в ответ лишь растерянно покачала головой. - Тогда давай сюда. Адда вскрыла конверт с печатью Ла-Валетов и извлекла на свет плоскую коричневую коробочку, лишенную каких-либо символов и надписей. Внутри оказался небольшой золотой медальон на цепочке и сложенное в несколько раз письмо, источавшее тонкий запах то ли плохих духов, то ли хорошего вина. - И с чего бы баронессе делать мне подарки? - пробормотала Адда. - Что? - подала голос служанка. - Ничего. Принеси свечи и чем писать. Девушка послушно засуетилась, а Адда переключила внимание с медальона и развернула письмо. Оказалось, писала ей вовсе не мачеха, а юный Ариан. Это было несколько неожиданно. Если с баронессой у них были причины друг друга недолюбливать, но с молодым бароном у нее сложились отношения прохладно формальные. Интересно, что ему нужно? Адда пробежала глазами ровные строчки. "Адда, я знаю, что ты никогда не сможешь простить вероломство и злодеяния моей матери, равно как и тот ужас, к которому они привели, и пойму если это так. Но ради будущего Темерии и ради нашей сестры прошу тебя оставить прошлое в прошлом и забыть о вражде. Особенно теперь, когда наши дома ослаблены, не объединившись мы не сможем противостоять общему врагу. Прошу, прими мой дар в знак примирения и приди завтра в Застенье. Я буду ждать на закате на развалинах старой мельницы. Ариан." Адда перечитала короткое письмо дважды, настолько неожиданным оказалось его содержание. На что он намекал в письме и что собирался сказать в Застенье? Одни вопросы. Адда слишком мало знала барона, чтобы понимать, что можно от него ожидать, а чего нельзя. -Миледи, я могу идти? - подала голос служанка. - Постой, - Адда неожиданно остановила ее, поймав за запястье. - Подожди, сперва задвинь все шторы поплотнее. Эта луна мне мешает. Служанка, кивнув, отправилась исполнять поручение, и Адда вновь вчиталась в письмо, словно рассчитывала разглядеть в нем недостающие строчки. - Кстати, а кто тебе его передал? Ты его знаешь? - спросила принцесса, не поднимая глаз. Ответа не последовало. Только глухой звук, словно что-то тяжелое осело на пол. Адда тут же встала из-за стола и увидела, что служанка лежит у окна, запутавшись в тяжелой портьере и судорожно чешет руки и шею. Ее глаза расширились от ужаса, а губы что-то беззвучно шептали. Возможно, то были мольбы о помощи, но она не могла извлечь ни звука - лицо и шея покрылись безобразными пятнами и так распухли, словно угодили в рой рассерженных пчел. Адда в ужасе застыла, не зная, что ей предпринять. Попытаться помочь? Но чем тут поможешь? Звать на помощь? Кого, реданцев? Вскоре несчастная прекратила дергаться, разрывая собственное тело, взгляд широко раскрытых глаз остекленел, из-под ногтей сочилась кровь, а кожа с запястьев повисла лоскутами. Осознание протзошедшего пришло Адде в тот же миг. Эта дрянь, чем бы она ни была, пропиталась через кожу. Пропиталась через кожу и убила девчонку в считанные секунды. Но ведь этот подарок с "сюрпризом" предназначался вовсе не ей. Яд? Наверно, он. А что же еще? Резким движением Адда сорвала перчатку и швырнула ее в камин. С негромким хлопком пламя ярко вспыхнуло, а кожа зашипела и запузырилась, источая неприятный запах паленого. Избавиться от второй перчатки оказалось несколько сложнее: пришлось обмотать руку скатертью, которая отправилась в огонь следом. В помещении постепенно становилось жарче. Немного придя в себя, Адда украдкой поглядела на обезображенный труп девушки у окна. Тело тоже следовало бы сжечь.
  2. Зигор из Третогора - Пытались сломать, - волшебник подтвердил догадку вампира. - Ведьма держала меня в двимерите - ни сбежать, ни обернуться человеком. Так долго, что я сбился со счету. Наверняка, я был ей нужен и даже догадываюсь, для чего: она практиковала магию крови. В основном, для своих видений. По крайней мере, так было раньше. - Но, на мою удачу, в ту же ночь, когда ты нанес ей визит, мне удалось вырваться, а ей в свою очередь не удалось исцелить свое увечье. А, что было дальше, ты уже знаешь, - волшебник нахмурился, но в голосе его слышалось ликование. - Я вернулся и уничтожил ее. Конечно, о том, что столь сильное колдовство после столь долгого заточения едва не убило его самого, Зигор умолчал. Но на что только не пойдешь ради отмщения? И это того стоило. Слушая вампира, Зигор даже не пытался скрыть удивление. - Исток? На что она тебе? Ты все равно не сможешь спрятать ее от Капитула. Когда придет время, они найдут ее, где бы она ни находилась. За мной пришли в тот же день, как способности проявились. Думаю, уж "барышни из Аретузы" точно не упустят возможность завлечь ее к себе. Вампир вновь заговорил, на этот раз не скупясь на зрелищность, и предложение его было очень заманчивым. Что само по себе настораживало. Откровенно говоря, Зигору хватило бы и двух первых пунктов, чтобы тут же согласиться, но, все же опыт подсказывал, что лучше сразу узнать все тонкости условий договора. Чтобы не возникло потом неприятных сюрпризов. Конечно, как и у многих других магов, лаборатория у него была и своя, пусть и не самая большая, а лишь часть мастерской его прежнего учителя, но все же, кое-что было. Трудность заключалась лишь в том, что до нее еще предстояло добраться, да и учитель вполне мог счесть Зигора погибшим и передать мастерскую кому-то другому. - Взаимное сотрудничество, как я понимаю, предполагает общие цели, - рассуждал маг, вытирая кровь с рук. - До вчерашнего дня я желал только свободы. Теперь - только мести. Но ты так и не сказал мне, к чему стремишься. Зигор выбросил окровавленный платок в огонь и тот мгновенно исчез, поглощенный пламенем. Скоро костер прогорит, а на его месте взрастет молодая трава. И никто больше не узнает о событиях этой ночи. - А с Новиградом я тебе помогу - негоже птичке пропадать в неволе. Тогда лучше поторопиться, - маг бросил взгляд на лунный диск. - Сейчас ночи короткие, а нам еще лететь до города. - Пташка-то хоть красивая?
  3. Зигор из Третогора Тел было много. Целых же из них - ни одного. Сколько их здесь было? Зигор не взялся бы даже назвать точное число: десяток ли, больше? Да разве тут сосчитаешь? Радовало только одно: разорванные на части трупы было легче таскать, а значит, можно управиться быстро и совсем без магии. В целом Зигор был даже доволен: кристалл для мегаскопа ему удалось добыть практически без усилий. Даже не пртбегая к столь некрасивому способу, как воровство. Зигор скривился, представив себя в роли взломщика или, того хуже, грабителя - смех да и только. Он осторожно коснулся трости, та все еще испускала слабые магические импульсы. Значит, неплохо зачарована. Что ж, тем лучше. Жаль было только мальчишку волшебника, чьи останки Зигор так и не смог узнать. Досадно. Можно было бы о многом его распросить. Нет, не "какой сейчас год", конечно. Начинать с таких вопросов означало бы - выдать себя за сумасшедшего, а вот разузнать о последних новостях цеха стоило бы. Но скоро все и так станет ясно. Так рассуждал Зигор, пока внезапно раздавшийся рев и треск ломаемых веток не оборвал его размышления. Из-за кромки леса вырвалось чудовище, Зигор успел взмахнуть рукой, прежде, чем оно кинется на него. Правда, сильнее, чем следовало: волна малинового пламени хлестула чудище по морде, загородив волшебника чем-то вроде импровизированного щита. К дьяволу оружие, к дьяволу щит, настоящий он успеет наколдовать позже - сейчас важны секунды. Зигору хватило пары мгновений замешательства, чтобы прошептать заклинание. Чудовище взвыло от боли и задтожало, через плотную кожу быстро проступили вены, неестественно вздулись и покраснели, причиняя ему все большие страдания. Однако, добить монстра Зигор не успел - от крон деревьев отделилась неясная дымка и в считанные мгновения оказалась рядом, постепенно обретая плотный силуэт. Прежде он уже видел подобное и точно знал: этот соперник куда опаснее. Собрав силы, он уже приготовился со всей одури шарахнуть по силуэту, как тот вдруг обрел форму и заговорил с ним. - Так это ты? Снова ты? - не поверил Зигор. - И снова приходишь мне на выручку. Я благодарен тебе. Хоть и не звал на помощь. Зигор опустил руки в знак того, что не намеревается нападать, и оглядел бесчувственную бестию - вид у той был крайне потрепанный. - Признаться, и я представлял себе нашу встречу в несколько ином антураже, - проговорил он, обойдя тушу, и, как ни в чем не бывало, поволок последнее тело к костру. Не то, чтобы ему нравилось это занятие, просто гнилостный запах его раздражал. А голоса неупокоенных душ нервировали еще сильнее. - Думал, ты заглянешь как нибудь на обед, или что-то вроде, - произнес волшебник и хотел убрать налипшие волосы со лба, но, увидев, что руки перепачканы кровью, решил оставить все как есть. - Но получилось как раз наоборот: ты с друзьями решил отужинать, а я оказался незванным гостем.
  4. Зигор из Третогора Над местом схватки царила тишина. Тяжелая, гнетущая. Было поздно. Зигор понял это, когда только подлетал. Бестии ушли, как он и рассчитывал, но и среди людей не осталось живых. Это немного огорчало - все же, люди, как-никак. Зигор "нырул" в плотную дымку тумана в попытке отыскать следы того мальчиши мага. Или хотя бы тело. Кровь. Кровь. Кругом она... Кругом в примятой, залитой алым, траве разбросано оружие и обглоданные останки. Отличить тела бандитов от наемников можно было разве что по снаряжению, а о том, чтобы узнать кого-то, не могло бы быть и речи. Но, облетев поле жуткой трапезы, отыскать плащ волшебника Зигор так и не сумел. Плавно спустившись на землю, он вновь принял истинный облик и осторожно приблизился к экипажу. Ему тоже досталось: стены пробиты, колеса выломаны, тут же рядом, растерзанные буквально на куски, лошади. Но, все же, это место буквально дышало остаточной магией. Она ощущалась даже сильнее, чем смрад, оставшийся после схватки. Магия всегда оставляет следы и, если мальчишка успел открыть портал и сбежать, то можно попытаться отследить, куда именно. Зигор поймал себя на мысли, что и сам так бы поступил, окажись он в безвыходной ситуации. Так он и думал, но ровно до той поры, пока не отыскал внутри скромный то ли посох, то ли жезл. Значит, убит. Жаль... Заткнув посох за пояс, Зигор вышел к свету. Туман постеменно таял, а стена пламени, еще полыхавшая на кромке, медленно смыкалась кольцом. Волшебник засучил рукава льняной рубашки, чтобы не перепачкаться в крови, и принялся перетаскивать тела убитых в экипаж, намереваясь сжечь их всех вместе, пока те не начали гнить.
  5. Зигор из Третогора Уже на втором круге взгляд Зигора выхватих из сумерек череду слабых вспышек, но явно магических. Неужели собрат по цеху? Вот так сюрприз... Все-таки, длительный срок, проведенный им в одиночестве, не прошел бесследно: любопытство быстро взяло верх над осторожностью и, сложив крылья, Зигор спикировал вниз. Он хотел лишь приблизиться. Рассмотреть происходящее повнимательнее и не более того. Но та картина, что ему открылась, его только разочаровала. Он даже подумал о том, чтобы вытащить горе-мага из драки и даже дать ему пару важных советов. Например, прекратить позорить чародеев в целом и себя в частности и взяться, наконец, за мозги. Нападавших было не более десятка - ерунда, казалось бы, но тот юнец, похоже, не мог с ними разделаться, либо же по каким-то причинам не хотел этого делать. Оказавшись всего в нескольких метрах от сражающихся, Зигор выровнял полет и попытался зайти на новый круг, как воздух вокруг вдруг сделался неприятным и влажным. Туман, в считанные секунды расползшийся по земле зеленой пеленой, казался липким и осязаемым. Расплывчатые силуэты людей все еще угадывались в пространстве, но разглядеть что-либо четко более не представлялось возможным. Кроме того силуэтов стало больше. - Вот ведь дрянь! Только монстров еще не хватало, - выругался Зигор, и слова его невнятным птичьим криком отозвались в ночном воздухе. Все же прочие внешние звуки словно отрезало зеленой дымкой. Оставаться в эпицентре чудовищной трапезы было бы глупо и Зигор направился в сторону леса. За спиной раздался истошный вопль и тут же утих - кого-то разорвали на части. Снова подниматься в небо тоже без толку - все равно с высоты едва ли что разглядишь кроме облака тумана. Очутившись в стороне от схватки, Зигор плавно спустился на землю, покрытую листвой и мелкими веточками, и ненадолго принял человеческий облик. Нужно было решить, как быть - от стаи бестий одними фокусами вряд ли отобьешься, а сильное заклинание пока готовишь, самого сожрут и костей не оставят. Чародей оглядел свой скудный арсенал и, пожалев, что не успел смастерить бомбы, откупорил небольшой пузырек с прозрачной розовой жидкостью. Разбрызгав содержимое по земле ровной дугой он опустился на корточки, чтобы поджечь, и в тот же момент раздался щелчок тетивы. Стрела, прошелестев оперением над самой макушкой Зигора, вонзилась в землю. Маг резко выпрямился, сомкнув пальцы на рукояти топора, и метнул его в нападавшего. Им оказался лучник, каким-то чудом сумевший улизнуть от бестий, пока те убивали его товарищей. Он уже поднимал лук во второй раз, чтобы вновь выстрелить в незнакомца и на этот раз непромазать. Но не успел - топор вонзился ему в плечо, стрелок вскрикнул и рухнул на колени, выронив оружие. Зигор не обратил на то внимания. Из под земли у его ног, словно молодая трава, поднимались язычки малинового пламени. Послушно повинуясь движениям пальцев, они выстроились в ровную стену огня и пульсирующими волнами поплыли в сторону дороги, где люди еще пытались противостоять бестиям. Наконец, закончив с заклинанием, Зигор удостоил лучника вниманием. Тот уже не кричал от боли, а лишь слабо стонал, завалившись на бок. Медленно подойдя, Зигор перевернул раненого на спину и принялся бесцеремонно обшаривать его карманы, впрочем, ничего ценнгого, кроме горсти медных монет у него не оказалось - добыча, мягко говоря, скромная. Не найдя ничего больше, Зигор наступил на грудь умирающему и вытащил топор, заставив того застонать еще громче. Вязкая теплая кровь медленно расползалась по земле, маг исчез, а вместо него на груди разбойника сидел черный грач и выклевывал ему глаза. Тот уже слабел и едва ли мог кричать и сопротивляться. Неожиданно ночное небо озарила вспышка сильного заклинания. "Ну вот. Может же, когда захочет", - подумал Зигор и поднялся в воздух рассмотреть, как обстоят дела у собрата по магии.
  6. У каждого свои представления в голове о подвалах. Большинство хранят там наготовленную с осени провизию, другие - нажитое непосильным трудом (или присвоенное хитростью и/или силой) дорогое добро... Ну а кто-то живых существ. Так и с этим подвалом. Купленный для молодой девушки, дабы защитить ее от окружающего мира в полную луну. И не просто пустой подвал, а подготовленный по полной: прочная кованая стальная клетка с крепкими цепям, способными выдержать рвущегося наружу зверя и огромный запас снотворных и лекарств, запас провизии и доступ к воздуху.
  7. Зигор из Третогора Зигор неторопливо вышагивал вдоль околицы опустевшей деревни. Покосившиеся избы без ставен, а кое-где и без дверей, поля поросшие сорняком и тишина кругом. Одним словом - тоска. Как давно оставили люди это место сказать было также сложно, как и понять, что было тому причиной. Голод? Разбойники? Или стаи утопцев с окрестных болот? В любом случае, искать здесь что-либо полезное было бы пустой затеей - зажиточные дома уже наверняка обнесли мародеры, а у тех, что победнее, и отродясь ничего не было. Досадно. Зигор задумчиво наклонил голову и с хрустом разжевал поднятого с земли крупного жука. Лакомство, откровенно сказать, на любителя, но на безрыбье, как говорится, и ласты утопцев сгодятся. Зигор уже выискивал глазами, чем бы еще перекусить, как неожиданно одернул себя. Довольно. Давно уже пора бы перейти с подножного корма на человеческую еду, но избавляться от старых привычек оказалось не так то просто. Всего лишь два коротких дня прошло с того момента, как ему вновь, наконец, удалось принять человеческий облик - срок достаточно скромный, чтобы вернуться к привычному ритму жизни. Однако, кое-что сделать он успел. Например, совершить какой-никакой, но, все-таки, акт отмщения, отыскать себе на первое время кров в виде пустующего домика дровосека, не так давно почившего по неизвестной причине. Теперь же дело оставалось за малым: узнать, как долго он пробыл в плену у колдуньи, и найти способ связаться со своими. Безусловно, мысль о том, чтобы собрать мегаскоп, посетила Зигора сразу после того, как он разделался с ведьмой. Тут не нужен дпже самый мощный, подошел бы любой, даже приметивный, чтобы, наконец, заявить о себе: " Эй, вы! Братья по магии! Ну что, за были меня? А я жив! Жив! Слышите?" Зигор вызмахнул крыльями и, подпрыгнув, оторвался от земли, в этом селении искать ему было нечего. Время близилось к ночи, а кристалл для вожделенного прибора все еще не был найден. Конечно, он бы мог, набравшись сил, долететь до Новиграда и , возможно даже, попробовать пробраться в лавку ювелира или какого-нибудь купца побогаче. Он уже думал об этом и единственное, что его останавливало, то что, это решение хоть и было простым до банальности, но, вероятно, самым трудоемким в исполнении. Мощный магический фон в городе и возможность быть узнанным его нискольно не привлекали и потому мыслить приходилось похитрее. Например, поискать там, куда мародеры не сунут носа: в заброшенных поместьях или в старинных склепах, или... Дьявол! Да у самих мародеров! Решение словно само пришло ему в голову, стоило лишь услышать внизу на тракте крики о помощи и лязг мечей. Черный грач с несвойственной простой птице плавностью описал широкий круг над местом схватки. Он не спешил выручать незадачливых путников, а поднимался все выше, чтобы, подобно падальщику, ждать исхода неравной схватки.
  8. Лоренсо Фернини - А мы и не разминулись, - как-бы немного оправдываясь перед хозяйкой салона, проговорил Фернини. - Просто на господина Вивальди трудится немало... э... таких, как я, - неловко закончил он мысль, нарочно пропустив то неприятное слово "нелюдей", которое нередкл ему приходилось слышать в свой адрес. - Возможно, вы просто не заметили меня. А такую как Астарда не заметить было бы трудно даже при желании. Настолько сильно она отличалась от привычных клиентов, что на добрых полминуты остановила работу в приемной. Один служка даже предположил, что то заявилась некая незнакомая чародейка, другой же осмелился высказать идею послать кого-нибудь к охотникам на колдуний, за что оба впоследствии получили нагоняй от "шефа". Фернини улыбнулся, вспоминая тот момент. - Что ж, вероятно, это мне пора попрощаться, - почувствовав себя лишним, низушек спрыгнул с дивана, едва не опрокинув при этом пустую кружку. Засуетившись, он совсем позабыл, что держал ее на коленях, но ловко поймал у самого пола. - Я прошу прощения, что отнимаю ваше время, просто... - он снова замялся, подбирая слова и украдкой бросил взгляд на Акиру. Девушка выглядела неважно. - Просто, если госпожа ювелир еще не готова назвать мне цену, я бы мог навестит вас завтра снова, - низушек перевел вопросительный взгляд на Астарду. Близился вечер и ему нужно было еще успеть к себе в Застенье, чтобы последовать ее совету и навсегда завязать с гвинтом. Поклонившись всем троим, Фернини заспешил к двери, но вдруг замер как вкопанный, увидев как за окнами мелькнули шляпы охотников на ведьм, и тут же передумал выходить. - Ах, да! Совсем забыл. Мне бы хотелось попросить вас об одном одолжении: если к вам снова заглянет ведьмак или вы узнаете, куда он направился, дайте мне знать.
  9. Лоренсо Фернини - Как давно вы живете здесь, в Новиграде? - спросил Фернини, дивясь, с какой легкостью Астарда выпроводила "слугу закона". Ему с друзьями уже приходилось как-то натыкаться на охотников в дороге, приходилось прятать взгляд, скрываться, убегать, и всякий раз им везло: приходили за кем-то другим. - Я недавно обосновался в Застенье, но даже там мне не по себе, - Лоренсо никогда не считал себя смелым и потому поведение хозяйки салона, демонстрировавшей чудеса самообладания, вызывало у него еще большее недоумение. Его все никак не оставляла мысль, что в этом салоне случилось что-то нехорошее. "Здесь точно кого-то убили, - размышлял низушек. - Потому-то и закрыты в будний день, и ставят решетки. И охотник чего-то разыскивает. Следы? Похоже на то, что хозяйка прячет что-то посерьезнее, чем кровавые пятна. И девушку напоили специально, чтобы... Чтобы... Зачем?" Закончить мысль Фернини так и не удалось - в зал с грохотом спустилась вышеупомянутая леди, заставив его подскочить от неожиданности. Кузнец тут же принялся поднимать девушку, а Лоренсо, дабы не беспокоить ее лишний раз, вжался в спинку дивана, стараясь сделаться настолько незаметным, насколько это вообще возможно для низушка. - Сейчас я тружусь на Вивальди, - объяснил он Астарде. - Не скажу, конечно, что финансы - мое призвание, но, надеюсь, окажусь ему полезен. А то в последнее время пришлось много поездить со своей труппой, пора бы уже где-то и осесть, - сказав это, низушек осекся, понимая, что если та сущность из ожерелья от него не отцепится, осядет он в лучшем случае где-нибудь на мутном дне канала.
  10. Лоренсо Фернини - Человек с кошачьими глазами? - низушек удивленно поднял брови. На его кошмар это было мало похоже, стало быть, все обошлось. Однако, не успел он облегченно выдохнуть, как в мысли закрались новые подозрения. - Но что же он сделал?. Кхм... - Фернини кашлянул в кулак, запоздало сообразив, что последний вопрос скорее всего был лишним. Возможно даже, личным. Наверняка не следовало его вот так просто задавать. - Я в том смысле... Как мне отыскать его? - проговорил он, особо не надеясь, что Астарда сумеет ему ответить. Когда раздался негромкий, но требовательный стук в окно, низушек всего какое-то мгновение тешил себя мыслью, что это мог бы оказаться тот самый ведьмак, что недавно неполадил с Акирой. Но, к несчастью, в дверях появился вовсе не охотник на чудовищ, а охотник на ведьм. От теплой и расслабленной обстановки мигом не осталось ни следа. Даже казалось, что слабый запах алкоголя исчез, неприятный сквозняк всколыхнул шторы, сопровождая вошедшего "посетителя". Пока тот что-то выспрашивал у хозяйки салона, Фернини судорожно вспоминал, не было ли за ним каких-нибудь грешков и проблем с законом. Конечно, являясь представителем "нелюдей", Лоренсо старался лишний раз не нарываться и вести себя как подобает. "Ну, разумеется, нынешняя ночь не в счет", - убеждал он самого себя, понимая, что пытаться пробраться в город до открытия ворот было очень плохой и, конечно же, провальной идеей. С одной стороны, ему повезло - всего-то полдня под арестом, тогда как иные и годы коротают в темницах, но, все-таки, шут их знает, этих "охотников". Поди догадайся, чего им в голову взбредет, к любой ерунде ведь могут придраться. Корчить из себя покупателся было бы совершенно неубедительно и крайне бесполезно и потому Фернини краем уха слушал диалог хозяйки с охотником и все больше бледнел от каждой услышанной фразы. "Здесь кого-то убили." Пустая кружка выскользнула из вспотевших рук и схарактерным стуком покатилась по полу. - Прошу прощения, - Фернини забормотал слова извинения, медленно отступая подальше от дивана, на котором, по его мнению и свершилось преступление. - Я так неосторожен, - прошептал он и не проронил более ни слова, пока Астарда выпроваживала "гостя". Дело пахло очень скверно. - Лучше б вам было не злить его, госпожа Астарда. У них очень хорошая память.
  11. Лоренсо Фернини - Вильгефорц. Вильгефорц роггевеенский, - сразу же догадался низушек, услышав, как описывала карту Астарда, а после, сам не зная, для чего, добавил: - Ныне покойный. Не успел Фернини поразмыслить о трагичной судьбе совершенно безразличного ему чародея, как Астарда своим предположением подлила еще масла в огонь и без того разросшейся паники. - Неет... - тихо протянул он и вдруг резко соскочил с дивана и, поднявшись на носочки, выглянул в окно. Он словно ожидал, что это нечто явится за ним прямо сюда, в салон, среди дня. - Нет-нет. Жизнь - это слишком высокая цена, ни одно украшение во всем мире столько не стоит, - заверил низушек и себя, и свою собеседницу. - Хотя... Знаете, я слышал, как однажды одного парня зарезали за карту Филиппы Эльхарт. Представляете? Чего уж там говорить о золоте... Приняв кружку из рук хозяйки салона, низушек стал потихоньку успокаиваться. Похоже, та и в самом деле пытается ему чем-то да помочь, а значит, шансы протянутя подольше, чем семь дней, все-таки есть. - Карты? - неуверенно переспросил Лоренсо и на его лице впервые промелькнуло подобие улыбки. Низушек узкой ладошкой хлопнул мебя по лбу: - Это же гениально! Леди Астарда, - низушек поднял кружку в честь девушки. - Как же так? Мне даже не пришло это в голову. Ну, что это могут быть вовсе не деньги. Так и сделаю, - без тени сомнения решил он, хоть и хорошие колоды стоили немало. Лоренсо задумался, прикидывая в уме убытки от потери карт и возможную прибыль от продажи уже расколдованного ожерелья, но размышления не успели прийти к какому-либо выводу, ведь Астарда вновь заговорила о своем ювелире. - То есть, она в порядке? - неуверенно поинтересовался Фернини. - В смысле, если на нее никто не нападал, то что тогда с ней? Я боялся, что тот дух решит, будто я подарил ожерелье ей, и сделает ей... какое-то зло. Но, хвала богам, это не так!
  12. Лоренсо Фернини - Пятнадцать лет?! - взвизгнул низушек и схатился за голову и тут же одернул себя - надлежало бы проявлять поменьше эмоций, а не то, чего доброго, пес очнется. Кто жнает, чего ему вздумается? Зверь-то сторожевой, такой и пополам перекусить сможет. - У меня нет столько времени, леди Астарда, - обреченно признался Фернини. - Всего лишь три ночи... вернее, их было семь. Было дано. Но теперь времени почти не осталось. Стоило низушку поймать на себе не понимающий взгляд Астарды, как он, наконец, сообразил, что для посторонних ушей его нервные реплики звучат по меньшей мере странно и настойчиво требуют хоть какого-то объяснения. И потому, вновь вскарабкавшись на краешек дивана, Фернини начал издалека: - Едва ли история моего приобретения вас заинтересует. Я не получил эту вещь в наследство от знатных предков и не отыскал клад в заброшенном склепе. Я просто играл в гвинт. В юности я здорово поднаторел в этой игре и время от времени мне, скажем так, сильно везло. Но, все же, каким бы ни был выигрыш, я считаю это не самым достойным занятием для мужчины. И тогда, решив бросить это дело, я перебрался сюда, в Новиград, получил должность в банке Вивальди. И, не знаю, что нашло на меня, решил видать, попрощаться с прошлым, ноги сами принесли меня туда... Лоренсо живо представил себе тот вечер: темный проулок, двое стражников в нарядных масках стерегут вход, а за ним - просторный и пропахший табачным дымом зал, полный самого разного люда. - И мне снова везло, - продолжал рассказ Фернини. - Обыгрывал одного соперника за другим, пока не появился один здоровяк и не бросил на стол то самое ожерелье и оценил его в полторы сотни крон. Эх, надо было еще тогда сообразить, что дело-то нечистое, - сокрушался низушек. - Ну, откуда у такого мужлана могла быть та вещь? Но я был так увлечен, что с радостью согласился сыграть с ним. Я победил, все было честно, а тот, похоже и не расстроился вовсе, пил весь вечер и горланил солдатские песни. В ту ночь я не вернулся к себе, а скоротал время в таверне под трели незнакомого мне барда, который безбожно фальшивил. А когда под утро, мне послышался чей-то голос, я решил, что просто задремал и мне почудилось. Во вторую ночь, мне казалось, я схожу с ума. Он словно издевался, насылал кошмары, не твердил - требовал: заплати справедливую цену. И я не придумал ничего лучше, чем бросить полторы сотни крон в воду. Уж не знаю, почему, но меня настойчиво влекло к реке. - Наверно, глупо было надеяться, что наваждение уйдет, но мне этого очень хотелось. Но и следующей ночью оно вернулось ко мне, твердило, что я ошибся, угрожало, страшило. И снова одни и те же слова: "справедливую цену." Что мне было делать? Позабыв про жадность, я выбросил весь свой выигрыш, но ему и этого было мало. Это просто какой-то кошмар - уже в который раз тот же сон, тот же голос, те же слова. Оставалась одна надежда - на вас и на госпожу ювелира. Кто может по достоинству оценить украшение, если не тот, кто их сам делает? Но, к несчастью, госпоже ювелиру протребовалось больше времени, чем было у меня в запасе, и потому вчера я выбросил в реку сумму, в которую у вас оценивалась похожая работа, - низушек указал на одну из витрин, где на темной ткани сверкало другое, не менеее изящное, украшение. - Все обернулось только еще хуже, - дрожащим голосом пробормотал он. - Мне не следовало оставлять ее. Оно разгневалось. Оно накинулось на меня, стало бить и душить, - низушек одернул широкие рукава, словно опасаясь, что Астарда разглядит синяки на запястьях, что оставил ему тот голос, вдруг ставший осязаемым. - Боюсь, новой ошибки оно мне не простит.